Северная война и другие войны первой половины 18 века - Пётр Великий   Журнал или поденная записка Петра Великого


14.02.2010

Журнал Петра I, который он вёл от своего лица.

1701 г.

...В сем же... году летом государь ради лучшего учреждения войск своих был в Новгороде и Пскова и тамо те городы фортификациями укрепил, сколько время допустило, и полки гвардии того лета были при нем в Новгороде, и осенью паки возвратился в Москву.
В бытность же его государеву в Новгороде, писал от города Архангельского... воевода князь Алексей Прозоровский, что в июле месяце приходили шведских 5 фрегатов и 2 яхты, и из оных 3 фрегата да яхта остановились на море против Кусковой деревни, а два фрегата да яхта за 3 часа до ночи пришли ко Двинскому Березовскому устью, и караул обретающийся тогда на том устье прошли; а как вошли в малую Двину, крепости строили, тогда обретающийся при строении той крепости штапный офицер Животовский, собрав 700 человек солдат и посадя на мелкие суда, поехал к тем шведским судам; и хотя со шведских фрегатов стали стрелять из пушек и несколько человек наших солдат ранили, а иных и побили; однако ж, когда от новой крепости с батарей по шведским судам начали из пушек, а с судов из ружья стрелять и, не допустя до крепости, один фрегат и яхту разбили, тогда люди с них некоторые на мелких судах ушли в море, а иные с теми разбитыми судами потонули; а другой фрегат ушел за вышеписанными своими мелкими судами в море. И тако вышепомянутый фрегат и яхту взяли, на которых обрели 13 пушек и басов, 200 ядер, 850 досок железных, 15 пудов свинца, 5 флагов.
На тех же взятых судах найдено побитых тел — один порутчик и четыре человека солдат.
И оставшие шведские 3 фрегата и яхта, которые не входили в устье, да фрегат же, который ушел с Двинки, на море стояли против Кусковой деревни и в той деревне дворы и варницы сожгли и пошли в море; а по ведомостям на вышеписанпых шведских судах было всех людей человек с 1000.
Помянутые разбитые суда из воды выняв, привели к городу Архангельскому со упущенными на низ их флагами, а над ними поставлены были российские флаги.
По получении той ведомости послан указ к вышеобъявленному воеводе князю Прозоровскому, дабы те взятые шведские суда починя, поставил в удобном месте; а бывших на той акции офицеров велено переменить чинами, а солдат наградить деньгами...
1702 г.
...Государь по имеющимся тогда ведомостям как подтверждали, якобы неприятель намерен был отправить свой флот к городу Архангельскому.
Между тем же временем будучи в Ладоге с некоторою частию войска, окольничий Петр Апраксин уведомился, что шведский вице-адмирал Нумберс со шнявами и большими ботами в 5 судах ходил на озере от Кексгольма и Орешка для разорения по берегам Ладожского озера наших сел и деревень и монастырей.
Но которым ведомостям посылал он полковника Тыртона с полком его в 30 лодках в Кексгольмский уезд, где несколько деревень разорили, и сошлись с оным вице-адмиралом на озере в тишь, а имели бой, на котором бою хотя оный полковник от неприятеля из пушки картечем и убит, однако ж наши люди из тех шкут шведских 2 сожгли, 1 потопили, 2 взяли, на которых было 6 пушек...
Июля в 15-м числе отправлен был изо Пскова от фельдмаршала Шереметева на Чудское (или Пеипское) озеро генерал-майор Гулиц с партиею в лодках, который июля в 19-й день на том озере сошелся со шведскими четырьмя шкутами и учинил со оными бой и одну из тех 4 шкут (называемую «Виват») с пушками и со всеми припасами взял, но нечаянно оная взорвалась и потонула...

1703 г.

...В вечеру (первые числа мая) получена ведомость от наших караульщиков о приходе на взморье неприятельских кораблей, и что они, пришед к устью Невскому, учинили в городе лозунг о своем приходе двумя выстрелами пушечными (будучи в той надежде, что люди их в городе сидят), и для того по приказу фельдмаршала[Б. П. Шереметев] велено в вечеру и по утру в нашем обозе стрелять из пушек шведский лозунг по дважды, чтоб на тех кораблях не дознаемо было помянутого города взятие; дабы сим их обмануть и каким над ними поиск учинить, что и удалось; понеже по тому лозунгу прислали с адмиральского их корабля бот или шлюпку дли лоцманов. Из той шлюпки выходили солдаты и матросы на берег; и наши, которые на карауле, укрывся в лесу, были одного из них поймали, а достальные ушли; который матрос сказал, что над тою пришедшею эскадрою командует вице адмирал Нумберс. Потом пришли 2 шведские судна, шняв) и большой бот и стали перед устьем на якорь для того, что опоздали и в устье войти не могли.
По которым ведомостям мая в 6-й день капитан от бомбардиров и порутчик Ментиков (понеже иных на море знающих никого не было) в 30 лодках от обоих полков гвардии, которые того ж вечера на устье прибыли и скрылись за островом, что лежит противу деревни Калинкиной к морю; а 7-го числа пред светом половина лодок поплыла тихою греблею возле Васильевского острова под стеною онаго леса и заехали оных от моря; а другая половина с верху на них пустилась. Тогда неприятель тот час стал на парусах и вступил в бой, пробиваясь назад к своей эскадре (также и на море стоящая эскадра стала на парусах же для выручки оных), но узкости ради, глубины не могли скоро отойти лавирами и хотя неприятель жестоко стрелял из пушек по нашим, однако ж наши, не смотря на то, с одною мушкетного стрельбою и гранатами (понеже пушек не было) оные оба судна абордировали и взяли; а мая 8-го о полудни привели в лагерь к фельдмаршалу оные взятые суда, бот адмиральский, именованный «Гедан», на оном 10 пушек 3-фунтовых да шнява «Астрель», на которой было 14 пушек. Людей на оных было всех 77 человек, из того числа побито: поручиков — 2, штурманов — 1, подштурманов — 1, констапелей — 2, боцманов — 2, боцманматов — 2, квартермистров — 1, волонтеров, матросов и солдат — 47; в полон взято: штурман — 1, матросов и солдат — 17. кают-юнг — 1.
И те полоненики сказали, что они с теми судами посланы были в город к коменданту Опалеву с письмами, и те письма найдены в тех судах: и тогда шведы... дознались, что для того у нас шведский лозунг стреляли и их задержали...
Мая в 30-й день за тою (никогда прежде бывшую) морскую победу было благодарение... с троекратною стрельбою из пушек и ружья, и при том командиры той партии, которые викторию получили, бомбардирский капитан и поручик Меншиков, учинены Кавалерами ордена святого Андрея, а потом спустя неделю и постельничий господин Головин, в той акции бывший, удостоен тою ж кавалериею, которая им наложена чрез адмирала графа Головина[Фёдор Алексеевич Головин (1650-1706), генерал-адмирал и генерал-фельмаршал, сподвижник Петра I, участник Азовских походов, с 1700 г. руководил Навигацкой школой] (яко первого того ордена Кавалера), а прочим офицерам даны медали золотые с цепьми, а солдатам — малые без цепей...

1704 г.

...Между тем же получена ведомость изо Пскова от фельдмаршала Шереметева, что когда он, фельдмаршал, будучи во Пскове, уведомился подлинно о неприятельской эскадре, которую имел тогда неприятель на Пеипском (или Чудском) озере, в 13 судах состоящую, того ради он, фельдмаршал, отправил изо Пскова генерал-майора фон Вердина с частию пехоты в лодках, чтобы при самом взломании льда вышепомянутую эскадру из устья Амовжи, где уведомился от взятых рыбаков, что оная эскадра уже в курсе от Дерпта обретается, и по тем ведомостям пошел к неприятелю навстречу и, встретя... против городка Кастерска, вступил с ним в бой, на котором... оных неприятелей так побили, что ии едино судно не ушло; но все с людьми, пушками и амунициею в руки нашим остались, только одна яхта, именуемая «Каролус», от метания гранат взорвалась... Итога 13 судов, на них пушек — 98. На вышеписанных судах в полон взято... всего всех чинов — 138. А прочие побиты...

1705 г.

...Реляция. Июня в 4-й день поутру... увидели неприятельский флот, на всех парусах идущий к Котлину острову, состоящий в 22 кораблях, в том числе 7 кораблей линейных от 54 до 64 пушек, 6 фрегатов от 28 до 36 пушек, 2 шнявы, 2 бомбардирских, 2 брандера, еще два судна по 40 пушек плоскодонные, одно судно с провизиею. Командовали тем флотом адмирал Анкештерн, вице-адмирал Депроу, шаутбенахт[от голландского шау бе нахт – смотри ночью – первый(младший) адмиральский чин, соответствующий контр-адмиральскому. Чин шаутбенахта имел Пётр I] Шпар и, не дошед до Кроншлота с милю небольшую, стали на якорь; а около 10 часа пред полуднем из оного неприятельского флота 6 фрегатов, подняв парусы, пошли под самые пушки кроншлотские (також фрегатов наших и галер, стоящих у оного) к нашим пловущим рогаткам, которые на якорях лежали поперек фарватера между косою кроншлотскою и Котлина острова, и как стали приближаться, то из наших галерных пушек да с батареи, именуемой святого Иоанна, оных встретили, от чего немедленно поворотились... к большому флоту. И пошли к Копорскому берегу, и высадили на берег 1000 человек, некоторые небольшие жилья там пожгли.

На другой день, то есть июня в 5-й день поутру... изрядная погода; около 8 часа неприятельский флот весь начал приближаться к нашей эскадре и стал на якорь от нас в пушечном выстреле; а шаутбенахт Шпар со своею эскадрою стал у Котлинской косы... близ берега (где имел пост полковник Толбухин с одним только полком и тремя полковыми пушками) и налил из пушек своей эскадры на тую косу довольно; однако ж ни малого повреждения оною стрельбою нашим не учинил, для того что помянутый полковник Толбухин во время той стрельбы людям велел лечь; а пред полуднем в 11 часу неприятель под тою стрельбою, посадя людей своих в боты и шлюпки, под командою полковника Нирота пошел к берегу; и как близко подошли и стали выходить на берег (и уже 128 человек гренадеров вышло на берег, а прочие за ними поспешили с рогатками), тогда паши, встав, начала по ним стрелять, как из мелкого ружья, так и из трех пушек дробью, от чего неприятель пришел в конфузию. И тут их на месте осталось с 40 человек да в полон взято 31 человек (между которыми несколько человек было офицеров), а остальные с берега побежали в той конфузии на свои суда, и будучи в такой конфузии те свои суда опрокинули, от чего многое число их потонуло. И между тем из наших помянутых трех пушек огонь непрестанно продолжался, от которого в ретираде неприятель також немалое число людей своих потерял. И взяли нашу одну шлюпку, да 8 чухонских ботов с амунициею, с провиантом и прочим багажом.
(В то время взятые шведские офицеры между протчими разговорами сказывали, что пред несколькими днями шведский генерал Мейдель был у адмирала Анкерштерна на корабле, где они согласились, чтоб адмиралу Анкерштерпу флотом овладеть Котлин островом и эскадру росскийскую разорить; а генералу Мейделю, пришед к Петербургу, оным овладеть же и учинить им между собою коммуникацию; однако ж то их намерение не сбылось, но со стыдом и с великим уроном людей своих принуждены отступить, как ниже помянется.)
Июня в 6-й день неприятель... атаковал нашу линию и батарею святого Иоанна, но то не долго было, ибо принуждены были ретироваться. Тогда одного человека у нас убили да 6 человек ранили... От 6 до 10 числа неприятельские флагманы имели консилии, а в 10-й день неприятель на батарею святого Иоанна и на нашу авангардию довольно из пушек стрелял и бомбы и гранаты метал; однако нашим никакого вреда не учинили, только им с наших батарей и с кораблей... жестоко докучали пушечного стрельбою. Потом стала быть тишь, и неприятельский флот стал назад отходить. И для того командующий наш вице-адмирал Крюйс распустил красный флаг на своем корабле... також и комендант в Кроншлоте; против чего и адмирал Анкерштерн спустил свой шведский флаг и стал подымать красный и, не дотянув... спустил, а наш вице-адмирал на своем корабле тот флаг держал до самого вечера и поставя свои корабли в одну линию с галерами против неприятельских бомбардирских кораблей... Увидя, неприятель едва успел те бомбардирские корабли шлюпками своими ко флоту своему прибуксировать. Потом наши, приближась своими бомбардирскими судами, начали на эскадру внце-адмирада Депроу
бомбы бросать, от чего принужден он со своими кораблями завозом выбираться, а вся его эскадра — отступать... После того с неприятельского флота пи одного выстрела не было, а с наших галер но неприятельскому флоту непрестанно стреляли. Наших людей в то время убито матросов и солдат 13 человек да ранено 19 человек.
В 11-й день неприятельский флот начал отступать и с бомбардирских судов мортиры выгружать, для того что оные от наших пушек разбиты, и другие свои корабли починива- ли. А наши в то время расставливали по пристойным местам привезенную тогда из Санкт-Петербурга артиллерию. В то же время получена о генерале Мейделе ведомость, что он к Петербургу с войском приближался, и для того изо флота нашего отпущено в Петербург 2 шнявы и 7 галер.
В 15-й день было тихо, и все флагманы были на корабле у шаутбенахта Шпара в гостях, где на литаврах и трубах довольно играли... С батареи, именуемой святого Иоанна, из одной пушки и гаубицы выстрелили по кораблю адмиральскому, и так трафило, что с того корабля разные галереи сшибло... Потом того же часа изо всех мортир и пушек, привезенных из Петербурга, по адмиральскому и шаутбенахтскому кораблям вдруг стали стрелять, от чего неприятель пришел в великую конфузию, и спустя парусы шлюпками назад буксировались, и всеми мерами трудились, чтоб от наших пушек и гаубиц отступить свободно, чтоб до них не доносило; и так отступили, что не возможно было уже из наших мортир и пушек их достать.
В 16-й день неприятель, стоя поперек фарватера от нашей линии в 3 верстах, починкою в своем флоте исправлялся даже до 21-го числа.
В 21-й день пришли в наш флот из Санкт-Петербурга еще 2 бомбардирских шмака; тогда командующий вице-адмирал Крюйс велел галерам якори вынимать, что видя, неприятель минуты в 4 со всеми судами... пошел; а с плоскодонного их судна, подошедшего к батарее нашей, выпалили изо всего нижнего лага, потом другою стороною выпалили другим лагом и на последни — из двух задних пушек, и потом пошли в море.
Июля в 5-й день уведомились наши от пойманных мужиков, что неприятель с флотом своим стоит у Березовых островов и при нем много мелких судов и плотом связано... Наши по тем ведомостям також начали укрепляться и расставили кругом острова в пристойных местах артиллерию и распорядили людей, и к полковнику Толбухину на косу людей прибавили.
В 14-й день по полуночи в 3 часу увидели... неприятеля в 24 судах, идущего подле Выборгского берега; а около 5 часа отделили от флота 4 корабля линейных и пошли к зюйду около Котлина острова; а адмирал Анкерштерн с большим флотом стал к северу (или к норду) Котлина острова и отправил 2 шнявы вперед, которые стали на якорях в 4 саженях воды; а флот... весь с мелкими при себе имеющимися судами расставил в полкруга, також и помянутые 4 корабля равно же стали у зюйда и пошли к острову, сколько глубь допустила. Тогда от нас по кораблю адмиральскому из 5 пушек выстрелили по его водяной линии, так что он того же часа пушки свои принужден был со стороны на сторону перетаскивать для наклонения корабля... По полуночи в 6 часу неприятель начал всею своею силою из верхних и нижних пушек с обоих сторон с кораблей против острова стрелять. Однако нашим никакой вреды не учинили, от того что две тысячи двести человек солдат под командою полковника Толбухина лежали на земле в прикрытом месте, и по неприятелю ни единого выстрела не было. А пред полуднем неприятель, посадя людей своих в мелкие суда, послал к берегу; и как они подошли недалеко от берега, тогда наши по неприятелю жестоко из пушек стреляли; а как оные пришли к берегу гораздо ближе, их взяли в мушкетную стрельбу; а как стали выходить, воды им было выше колена... в некоторых местах глубже, а иные и дна не доставали, иные же по горло в воде... Из наших 15 пушек непрестанно стреляли ядрами и картечами, от чего оные неприятели пришли в конфузию. И хотя из них некоторые вышли было на берег, однако ж оные в той конфузии все побежали назад на свои суда, из которых... многие опрокинулись, и тогда 35 человек неприятелей на берег наши выхватили; а в 1 и 2 часу неприятель со всем флотом стал назад подаваться, тогда стрельба перестала. Неприятельских судов было ботов и шлюпок 29. Того же числа к берегу принесло с 400 человек мертвых неприятельских тел, тогда же взято в полон 3 капптана, 2 поручика, 2 прапорщика, 7 унтер-офицеров да рядовых 21 человек.
В нашем траншаменте убито 29 человек да 50 ранено.
В 15-й день по полуночи во 2 часу неприятельский флот пошел прочь; а с нашего берега оных бомбами провожали; а которые 3 корабля близ острова стояли, принуждены были канаты свои отрубить.
Августа в 19-й день командующий вице-адмирал Крюйс за тем шведским флотом пошел с галерами с полтретьи мили от острова; и как стали близко крейсеров шведских в выстреле, тогда с одного корабля по нашим галерам стреляли из пушек... Ветер так силен был, что наши галеры против воды на веслах идти не могли, и тогда по таком трактовании неприятелю пощастило от нас уйти.
Наших тогда убито 3 человека да ранено 13 человек.
...Во время всего того действия неприятелей в полон взято 66 человек... 1 шлюпка, 8 чухонских ботов с амунициею, с провиантом и прочим багажом.
Да по отходе неприятельском побитых тел, которые остались на берегу, и потоплых, которых принесло к берегу, перечтено 450, кроме тех, которые потонули, на море унесло и которые после из воды вытасканы... Неприятели взятые сами сказывали, что с 1000 человек во время того действия всех пропало. Тогда же по берегу и в воде найдено 500 фузей, которые заряжены пулями, рассеченными на четверо и обвитыми лошадиными волосами, да сверх обыкновенной пули еще по 4 пули небольших.
Наших матросов и солдат во все то действие убито — 46 человек, ранено — 88.
Наших кораблей тогда было не много, и те гораздо малопушечны, а именно: «Олифант», «Думокрахт», «Кроншлот», «Стандарт», «Нарва», «Петербург», «Шлютелбург», «Михай- ло Архангел» (все 24-пушечные); шнявы: «Дерас», «Яким», «Мункер», «Копорье», «Фалк», «Иван-город» (12-пушечные); 2 брандера; 7 галер больших...

1706 г.

Октября 12-го дня отправлены были Преображенского полка сержант Михайла Щепотьев, да бомбардир Автоном Дубасов, да 2 от флота унтер-офицера Скворцов да Наум Синявин на малых пяти лодках с 48 человеками командированных солдат и гренадеров к торговым шведским кораблям, которые тянулись от города в море.
...Но пока лодки сыскивали, тем временем оные корабли пооттянулись дале, потом стал быть туман, и скоро ночь наступила... Посланные... наехали на адмиральский бот... «Эспер», на котором было 5 офицеров, 103 человека солдат и 4 пушки... Бот оными лодками атаковали и взяли, побив большую часть людей, а достальные ушли под палубу, где наши их заперли. Потом пришел на ту стрельбу другой бот им на выручку, который наши из пушек со взятого бота отбили и взятый бот привезли к лагерю. На сем бою наших, от 48 человек остались 18 живых и в том числе только 4 нераненых. Из неприятелей побито... 2 капитана, 2 поручика, 1 прапорщик да солдат... 73 человека... живых взято в полон 23 человека солдат и трое женских персон... Сия неслыханная акция с великим мужеством учинена, ибо атаковали и взяли неприятеля вдвое сильнее себя и в таких малых лодках, между которыми только одна была такая, что 15 человек уместилось, а в прочих по 7 и по 5 человек; а привезли наши 18 человек с ружьем 23 человека неприятелей. А из вышереченных 18 человек 4 нераненых да 4 или 5, которые легче были ранены, так что могли помогать, а прочие поистине так тяжело было ранены, что с мертвыми лежали на палубе...

1714 г.

...В 19-й день (июнь) в полдни приехал в наш флот поручик Мишуков из шведского флота, который туда был послан с письмами, и рапортовал, что он встретил... шведские корабли в четырех милях от Наргена и посланные с ним письма хотел отдать самому шведскому вице-адмиралу Лиллию, который тою эскадрою командовал. Но он ему себя видеть не допустил, и держали его, Мишукова, на корабле у капитана и писем не приняли долго... Как он мог приметить из разговоров того капитана, что они посланы были из главного флота от Ангута от командующего их адмирала Ватранга, чтоб осмотреть наш флот, в какой силе оный состоит. И когда тот Мишуков спрашивал их, сколько имеют во флоте кораблей, и тот капитан сказал, что кроме сих 6 имеют у Ангута 13 кораблей, в которых есть от 60 до 80 пушек... Шкипер, посланный от Мишукова, менаду прочима разговорами от шведских офицеров и матросов, когда он был у вице-адмирала Лилия на корабле, тоже слышал о кораблях, кои у Ангута...
В 27-й день пришел бригантин от адмирала графа Апраксина с письмом, что неприятель стоит у Ангута, и им с галерами пройти невозможно, и чтоб кораблями нам сделать диверсию неприятелю для галерного прохода. Буде же того учинить нельзя, чтоб командир от кораблей приехал сам к галерному флоту для совета и осмотрения места, каким бы образом оное учинить.
В 28-й день был консилиум капитанов... о том адмиральском письме, где не советовали делать с моря диверсию для того, что всего надежных было 2 корабля, а протчие купленные — неходкие... Ежели б пришли близко, то трудная была бы ретирада, а ежели появиться издали, то только б был смех неприятелю. По положили ехать шаутбепахту[Пётр I] в галерный флот, а капитан-командору Сиверсу с штурманами в шхерах вымерять глубину, не можно ль пройти к Ангуту кораблями и, случась с галерами, неприятеля отбить от Ангута...
В 30-й день пришли тялки с провиантом под командою порутчпка Нелидова...
Июля в 4-й день от Ревеля шаутбепахт корабельный поехал на фрегате «Св. Павел» к Елзинфорсу... за ним последовали шнява «Принцес» и две галеры да для провожапия два корабля «Рафаил» и «Ланздоу»...
В 5-й день в шестом часу поутру в виду от Елзинфорса, например, меньше трех миль были, и понеже лавировать к шхерам опасно было... поворотились... к Ревелю во флот в десятом часу. Того же времени пришел другой бригантин от адмирала с ведомостью, что он с галерным флотом прибыл в Твереминду, а неприятельский флот стоит от того места в двух или трех милях у урочища Ангута, стоящий в 20 кораблях, и при них одна шнява, прам, два судна бомбардирских и восемь галер и несколько провиантских судов...
В 12-й день капитан-командор Сивере отправлен с штурманами в финские шхеры...
В 17-й день пред полуднем пришел купленный из Голландии корабль «Перл» о 50 пушках.
В 18-й день поутру, получа способный ветер, поруча команду над корабельным флотом капитан-командору Шелтин- гу, пошел государь на том же фрегате «Св. Павел» к Порколу... Прийдя к шхерам, сел на полугалеру (а фрегат отпустил к Елзинфорсу) и прибыл к Порколу того же дня в 8 часу пополудни, и тут ночевал.
В 19-й день поутру в 7 часу пошли в путь... и того же дня в вечеру пришли к Баю Твереминдскому в первом... часу пополудни, и тут ночевали.
В 20-й день поутру в 8 часу пришли во флот к адмиралу...
В 21-й день Его Величество ездил морем рекогносцировать неприятельский флот...
В 22-й день ездил сухим путем на Ангут для рекогносцированья же неприятельского флота... Как с моря, так и с земли оного сочли (без крейзеров, которых было 6): 13 линейных кораблей, 4 фрегата, 1 блокгоус, 2 бомбардирских галиота, 2 шнявы, 6 больших и малых галер; три судна за островом видны были, как наши русские бригантины, а подлинно рассмотреть было невозможно. Командиры над флотом были один адмирал, вице-адмирал, 2 шаутбенахта.

В 23 и 24-х числах ездили и осматривали переволоки и нашли оную, которая только 1170 сажень трехаршинных от Вереминского залива до другого, который по вестную (западную) сторону Ангута... По смотру велено мост делать, дабы несколько легких галер перетащить и пропустить для действ и тем бы неприятеля привесть в конфузию...
Июля в 25-й день (то есть в воскресенье) пополудни слышна была немалая стрельба в море... С брандвахты рапортовали генералу-адмиралу, что та стрельба была от крейзеров неприятельских... Потом в 14 парусах шведский вице- адмирал Лиллий пошел в море и пришел ко оным крейзе- рам... Шаутбенахт корабельный просил адмирала, дабы его отправил с частию галер к брандвахте... и... отправлен к ближним островам с тридцатью пятью галерами... Когда помянутый шаутбенахт прибыл к своему караулу и осмотрел, что шведский адмирал Ватранг с шестью кораблями линейными и с тремя фрегатами стоит на старом месте, а помянутый вице-адмирал идет на зюйд-ост, при котором и бомбардирские галиоты... стали думать, что или к Ревелю, или к нам в Твереминд есть неприятельское намерение (ветер тогда был тих и непостоянен)... Тот час генерал-адмирал письменно рапортовал — (шаутбенахт Петр I) — и при том просил, дабы к утру сам к нему был для летучей обсервации.
В 26-й день генерал-адмирал к тому месту прибыл, а шведский вице-адмирал Лиллий, вышед из шхер от Ангутского устья, поворотил в Твереминдское. Тогда уже подлинно узнали, что неприятельское намерение не к Ревелю, но в Твереминд... Послали указ, дабы весь флот готовился выходить из узкого места, где стояли, дабы неприятель не запер в Авангуте, видя свободный обход. Взяли резолюцию послать 20 галер, проехать мимо неприятельского флота (понеже было тихо), что и учинено под командою капитана-командора Змаевича да бригадира Волкова и капитана Бредаля. Неприятель тот час знак дал к походу и стал буксировать, как возможно; а особливо адмиральский корабль шлюпками и ботами буксировали скоро и на наших зело много стреляли, однако ж не вредили их ядра... Когда... наши первые посланные прошли, послали достальные 15 галер, которые тут были с бригадиром Лефортом и с капитанами Дежимонтом и Грисом, которые також... счастливо огребли... Потом шведский адмирал поднял белый флаг для возвращения своего вице-адмирала. В то же время, когда отправляли галеры, получена ведомость, что явились один фрегат и шесть галер и два шхербота неприятельских близ того места, где намерены были мост делать, тогда оба флагмана поехали от того места назад к галерному флоту, а капитану-командору Змаевичу послан указ — велено их атаковать. Но стало того дня поздно: вице-адмирал возвратился и соединился с флотом своим... Понеже генерал-адмирал с шаутбенахтом корабельным (который тогда перешел в галерный флот) между собою были не в ближнем расстоянии, а наипаче разлучила их темнота ночная, того ради в ту ночь 27-го числа июля между помянутыми флагманами была пересылка чрез тайного кабинет-секретаря Макарова... По той пересылке положено с галерным флотом пробиваться сквозь неприятеля.

И в 27-й день поутру генерал-адмирал граф Апраксин со всем при нем бывшим флотом с полуночи пошел и того же утра приближался к неприятелю. Указ дал пробиваться сквозь оного, не огребая кругом, что с помощию божею и учинено. И так безвредно, что только одна галера стала на мель, которую неприятель взял... Прочие все как суда, так и люди без вреда прошли, хотя со всего неприятельского флота стреляли по нашим надмеру жестоко, от которой стрельбы у одного капитана ногу отбили... Когда адмирал прошел, тогда рапортовал его капитан-командор Змаевич, что он блоковая неприятеля... Когда генерал-адмирал в то место прибыл и, учредя флот к бою, послал генерал-адъютанта Ягужинского к командующему тою шведскою эскадрою шаутбенахту Эрншильду, чтоб оный отдался; на что он сказал, что того учинить не может... Видя их упорство, генерал-адмирал дал сигнал авангардии нашей оного атаковать... Атака началась в третьем часу по полудни и продолжалась даже до пятого часа... Хотя неприятель несравненную артиллерию имел пред нашими, однако же, по зело жестоком сопротивлении, перво галеры одна по одной, а потом га фрегат взяты. И так крепко неприятели оборонялись, что ни единое судно без абордировапия от наших не отдались. Шаутбепахт, спустя флаг, скочил в шлюпку со своими гренадерами и хотел уйти. Но нашими пойман, а именно Ингерманландского полка капитаном Бакеевым с гренадерами. Воистину нельзя описать мужество наших как начальных, так и рядовых. Понеже абордирование так жестоко чинено, что от неприятельских пушек несколько солдат не ядрами и картечами, но духом пороховым разорваны...

В 31 и день ветер был поутру зюйд-вест... Того же дня с вечера явился знак, по которому приметили, что будет немалый шторм...
Сентября в 1-й день к утру надмеру жесток стал, от которою на кораблях немалая вреда учинилась...
Во 2-й день поутру, как стало тише, флот вышел в Березовые острова...
В 3-й день стояли в островах для того, что был противный eeiep, и в то время распорядили, как идти со взятою шведскою эскадрою к Кроншлоту.
В 4-й день поутру пошли... и в третьем часу пополудни пришли к Кроншлоту, где по обычайной салютации еще дважды для виктории с крепости стреляли... С командорского корабля ответствовано... перво из 23, а другой раз изо всех (пушек)... Потом приехали на командирский корабль генерал-фельдмаршал князь Меншиков и несколько иных знатных персон...
В 6-й день флаг командирский опущен с обыкновенною салютациею, и корабли велено вводить в гавань, а со взятою зскадрою и с шестью нашими галерами того же утра пошли к Пeтepбypry. Того же дня к вечеру вошли в устье Невское а ночевали против Катерингофа...
В 9-й день поутру... пошли к Петербургу сим образом: перво три наши галеры, потом взятые шведские суда... (три шхербита и шесть галер, потом... фрегат), за ними командирская галера и еще две паши галеры... Когда пришли против слобод, везде распущены были флаги и убраны были ворота, также во многих домах стрельбою поздравлены... С Адмиралтейской и Петербургской крепостей, перво обыкновенно, а потом дважды, изо всех пушек салютовано, которым все три раза с командирской галеры ответствовало из всех же пушек; потом с судов сошли и взятые флаги внесли, в пленных ввели в город, а взятые суда поставлены перед площадью на большой Неве реке (так как они стояли в ордер баталия)...
За сию кампанию и взятье шаутбенахта шведского шаутбенахту корабельному объявлен чин вице-адмирала... также и протчне штаб- и обер-офицеры за ту службу награждены золотыми медальми, каждый по препорции своего чина, а рядовые серебреными медальми и деньгами...

1719 г.

...Между тем же временем (в мае) известие получено, что из Швеции отправлены 3 корабля для провожания хлеба из Пилау в Стокгольм... Капитан-поручик Александр Апраксин, будучи... с двумя кораблями «Самсоном» и «Ланздоу».., услышав об отправлении помянутых неприятельских 3 кораблей, приехав, то же подтверждал. Того рада в 10-й день отправлен капитан Наум Синявин для поиска над оными с четырьмя российскими кораблями, и велено ему идти к Пилау и Данцигу, где их застать может.
А в 30-й день, то есть в день рождения Его Величества, поутру получена ведомость от капитана Наума Синявина с корабля «Порчмоута», что он с теми неприятельскими кораблями имел счастливый бой, а каким образом, тому следует реляция.

Реляция

Того же мая против 24-го числа в полночь увидели... три судна... между (островами) Эзель и Готланд, за которыми, сделав сигнал своей эскадре, роспустя все парусы, пошел в начале третьего часа; и как стал свет, осмотрели, что два корабля и один бригантин, до которых в начале 5 часа со своим кораблем (и другой корабль при нем [Имеется в виду Н.А. Синявин, вся реляция написана от третьего лица] «Девеншир») дошли в пушечную стрельбу под шведскнми флагами и выпалил ядром из пушки, чтоб показали свои флаги. И тогда шведский командорский корабль... флаги своп поднял. Тогда он шведский флаг спустил и поднял брейд-вымпел и флаг российский и, учиня сигнал к бою, начал биться против командорского корабля... Бились друг против друга от 5 часов... до 9... Стрельбою... марсопоры неприятель у него, Синявина, перебил... Тот командорский корабль взял у пего перед, а задний шведский фрегат нашел на него. И тогда он стал против его носа боком и со всего исподнего дека запалил из пушек картечьмп, отчего оный того часа, такоже и бригантина флаги своп спустила и отдалися... Командор шведский расставил все парусы и пошел на уход. И он (Синявин) сделал сигнал достальным своим кораблям, на которых были капитаны Шапизо и Делян, чтобы за ним гнали и оного абордировали... А как он исправился со своим кораблем и со шнявою «Наталиею» (оставя капитана Зотова с кораблем «Девенширом» у взятых фрегата и бригантины), за помянутым командором туда же в погоню пошел... В начале 12 часа помянутые капитаны Шапизо и Деляп командорский I корабль догнали и оного стеньги сбили, а тако оный также I флаг спустил и сдался. Сие... учинено без великой траты наших людей. А как взятым кораблям имена и что на них I взято... тому при сем реестр.

Командорский корабль «Вахтмейстер» в 52 пушки... фрегат «Карлскронвапен» 33 пушки... бригантин «Бернгардус» 12 пушек... На вышеупомянутых кораблях обер-офицеров 11... унтер-офицеров 41... солдат и матросов 335...
Июня в 1-й день в 10 часу поутру государь взошел на корабль «Ингерманланд», где тот час поднят был вице-адмиральский флаг...
В 9-й день пополудни в 5 часу во флоте, стоящем у Кронгалота, сделан сигнал к выниманию якорей; а в 9 часу корабельный флот пошел к Ревелю... А адмирал с галерным флотом пошел своим курсом в Финляндию...
В 17-й день... Пришли в 12 часу к Ревелю (где была эскадра под командою капитан-командора фон Горта) и в 1 часу пополудни стали на якорь. В то время приехали на корабль к Его Величеству капитан-командор фон Горт с морскими офицерами. Тогда капитан Наум Синявин, который командовал при баталии морской 24 мая, пожалован в капитан-командоры; капитанов 3 ранга Зотова, Шапизо во 2 ранга; капитана-поручика Деляпа в капитаны 3 ранга. Им же за взятые корабли, по уставу морскому, пожаловано денег 11000 рублев, которые велено им разделить по пропорции их чинов. Им же пожалованы по рангам золотые медали. И тогда командор новый Синявин поставил на своем корабле брейд-вымпел и благодарил из 13 пушек. А потом Его Величество был в гавани и смотрел взятые шведские воинские корабли...

1720 г.

...Августа в 6-я день получена зело изрядная ведомость от генерала князя Голицына из Финляндии, от острова Сандо, с галеры «Февры» чрез майора Шипова, (июля от 31 дня) о счастливом бое в Ламеланде при острове Грейнгам со шведами... Было их 1 корабль, 4 фрегата, 3 галеры, 1 шнява, 1 галиот, 3 шхербота, 1 бригантин... Из оных 4 фрегата... от российских галер в 27 день взяты. А каким образом то действо было и сколько на оных кораблях людей в полон взято, а также при том сколько наших побито и ранено, тому при сем следует обстоятельная реляция.
...Июля 24-го числа, когда он, генерал князь Голицын, услышал, что неприятели при Ламеланде обретаются... тогда пошел в 61 галере и в 29 лодках... 25-го числа следовал он к Ламеланду. И как пришел к острову Мюлкее, тогда послал пред собою для осмотрения неприятеля капитана-командора от флота Дижимона на шлюпках, который, возвратись, рапортовал ему, генералу князю Голицыну что видел у острова Ризаеран одну неприятельскую галеру, стоящую на карауле... 26-го числа ездил он для осмотрения неприятеля сам; и как подъехал в такую дистанцию, что можно видеть, тогда усмотрел у острова Ризаеран две галеры, которые, увидя его, ретировались... к своим, кои стояли позади их у острова Фрисберга... 27-го числа... он учинил воинский совет, на котором положили, чтоб немедленно выйти к острову Гренгам (где было место для наших галер способное), и ежели ветер будет тише, а неприятель не уступит, то его абордировать. И как он в тот гавань вошел, тогда вышепомянутые неприятельские суда и еще прибывшие с вице-адмиралом Зейблатом на парусах все пошли к нашим в пролив, чего не чаяли... Генерал князь Голицын... уступил в прежний свой гавань, а неприятель за ним же... И когда он усмотрел, что неприятель так далече за ним в пролив зашел, в котором много мелей и каменья, тогда начал его абордировать... Как стали близко к неприятелю пригребать, тогда неприятельских два фрегата, разворачиваясь для стрельбы, стали на мель, а прочие два фрегата уходили на парусах. Но все четыре, как стоящие на мели, так и идущие на парусах на свободной воде, по жестоком бою абордажем взяты (у которых снасти от стрельбы нашей перебиты)... Достальные неприятельские суда, из которых на одном был вице-адмирал, ретировались... Абордировать их не могли, понеже уже вышли в море из шхер, и погода стала прибавливаться - (суроветь), — и волны стали быть велики. Но... стрельбою их гораздо повредили так, что от кормы вице-адмиральского корабля видели доски, отбитые... И тако... полная виктория над неприятелем получена, и оные фрегаты и на них полоненных отправил в Петербург...
Всего на вышепомянутых 4 фрегатах взято офицеров и прочих морских служителей, также и сухопутных — 407. Убито — 103. Пушек разных калибров взято 104.
На тех же фрегатах взято пушечных ядер, картечь, ручных ядер, пороху и прочей амуниции не малое число.
При вышеописанном абордировании на российских галерах людей побито, ранено и опалено... 328.
...Сентября в 8-й день приведены в Петербург взятые шведские фрегаты со следующим триумфом... и для сего триумфа учинена была одна изрядная пирамида... на Троицкой площади... При вводе оных фрегатов из Санкт-Петербургской и Адмиралтейской крепостей стреляно из стольких пушек, сколько на оных взято...
В 30-й день к генералу князю Голицыну за полученную над неприятелем во взятии вышепомянутых 4 фрегатов в знак воинского его труда послана шпага золотая с богатым украшением алмазов, да трость с алмазным же убором... Штабу и обер-офицерам, на той баталии бывшим, — золотые монеты с цепьми, а унтер-офицерам и рядовым... деньги по морскому регламенту; а вышепомянутый присланный от него майор — (Шипов) — пожалован за ту викторию через чин из майоров в полковники...

Источник: Морские сражения русского флота. Воспоминания, дневники, письма. М., Военное издательство, 1994 Сост. В.Г. Оппоков.

www.rumarine.ru ©История русского флота
При копировании материалов активная ссылка на www.rumarine.ru обязательна!
Rambler's Top100