-


Александр Больных.   XX век флота. Трагедия фатальных ошибок

Ад под водой



Вас вполне может удивить то, что, рассказывая о действиях немецкого флота, мы ни слова не сказали о подводной войне. Но это совершенно оправданно, ведь уже во второй войне подряд немцы повторили одну и ту же ошибку – на море они вели три отдельные войны. Подводные лодки сами по себе, надводные корабли сами по себе и совершенно отдельно действовала авиация, причем если в период Первой мировой это разделение произошло спонтанно, то четверть века спустя авиация откололась совершенно сознательно. Герман Геринг гордо заявил: «Все, что летает, мое!» В результате эскадрильи дальних разведчиков, которые считались обязательными во всех остальных флотах, испарились, не успев родиться. То, что осталось в распоряжении флота, вызывало лишь горькие сожаления, похоже, Геринга летающие каракатицы, вроде BV-138, не интересовали, потому он и не попытался заполучить их себе. Это имело еще одно неприятное последствие: немцы начали создавать торпедоносную авиацию тогда, когда ПВО корабельных соединений союзников уже стала достаточно совершенной, а потому немецкие торпедоносцы особыми успехами похвастаться не могли.

Но мы сейчас говорим о подводных лодках. Когда началась война, выяснилось, что немцы к ней совершенно не готовы. Именно подводные лодки нанесли Англии самый чувствительный удар во время Первой мировой, но к началу следующей войны Кригсмарине имели всего 57 лодок, а если из этой цифры вычесть лодки II серии, пригодные для действий лишь в прибрежных районах, то окажется, что капитану 1 ранга Дёницу воевать было просто нечем. Кстати, звание контр-адмирала Дёниц получил уже после начала войны.

Более того, при беспристрастном взгляде на сложившуюся ситуацию выясняется, что англичане более серьезно отнеслись к подводной опасности и готовились к борьбе с немецкими лодками еще до начала войны. Прежде всего следует отметить, что не повторилась ошибка Первой мировой, когда именно британское Адмиралтейство до последнего сопротивлялось введению системы конвоев. На этот раз конвойная система была введена с первого же дня войны, просто потребовалось некоторое время, чтобы охватить жизненно важный для Великобритании район Северной Атлантики. В то же самое время англичане действовали по принципу разумной достаточности и не пытались вводить конвои там, где они не были нужны, например в Индийском океане, рассудив, что потери от действий пары надводных или подводных рейдеров будут не слишком ощутимы.

Программа строительства специализированных противолодочных кораблей была принята еще до начала войны, как мы указывали, первые корветы типа «Флауэр» были заказаны еще летом 1939 года. Увы, Англию подвела обычнейшая промышленная немочь. Возиться с постройкой корвета более года – это нечто, так как первые «Флауэры» начали вступать в строй только осенью 1940 года, в разгар военных действий. А сейчас представьте, что могло бы произойти, если бы те два десятка немецких лодок, которые могли действовать в Атлантике, столкнулись с полусотней новых корветов. Идея подводной войны вполне могла умереть, так и не родившись, однако вместо этого появился термин «Битва за Атлантику» – так союзники назвали затяжную и кровопролитную войну с немецкими подводными лодками.

Впрочем, немцы и так сделали все, зависящее от них, чтобы это случилось. Странно, что никто не заметил простой вещи: подводный флот Германии оказался единственным родом войск, который начал войну оружием прошлой войны. Полагаю, что, если бы дивизии Гудериана были укомплектованы танками Рено FT-17, он ничего не добился бы. Точно так же остался бы безвестным Эрих Хартман, если бы его посадили на «фоккер» «Триплан», хотя барон Рихтгофен и сумел отличиться на этой этажерке. А вот Карл Дёниц без колебаний отправлял своих подводников воевать на лодках типа UB-III, или, как там ее, VII серия? А в чем между ними разница?! Та же самая морально и физически устарелая конструкция, только исполненная на современном технологическом уровне. Более совершенные материалы, более совершенное оборудование, но корабль-то как был, так и остался образца 1917 года. Даже надводный флот Германии изменился, полагаю, что сильнейший немецкий линкор Первой мировой «Байерн» продержался бы против «Бисмарка» минут пять, не дольше, а вот подводный остался тем же самым.

Началась подводная война не лучшим для немцев образом, сразу заставив вспомнить зверства кайзеровских подводников. Уже через несколько часов после объявления войны U-30 потопила пассажирский лайнер «Атения» под надуманным предлогом, что-де командир принял его за вспомогательный крейсер, вдобавок после этого Дёниц приказал подделать бортовой журнал, чтобы скрыть преступление. Впрочем, на первых порах немцы еще пытались соблюдать какие-то правила, давали команде время спастись, указывали курс на берег, хотя, разумеется, никому и в голову не приходило проводить досмотр кораблей. Но это закончилось очень быстро, потому что британское Адмиралтейство энергично принялось вооружать торговые суда, и немцы были вынуждены перейти к атакам без предупреждения.

Англичане, которые обнаружили, что эскортных кораблей все-таки не хватает, пока ограничивались чисто оборонительными мерами. Уинстон Черчилль, обожавший активные действия чужими руками, потребовал начать активный поиск лодок в море, что привело к гибели авианосца «Корейджес», после чего с этой дуростью завязали. 14 октября 1939 года немецкая подводная лодка U-47 пробралась в главную базу британского флота Скапа Флоу, торпедировала и потопила линкор «Ройял Оук». Так, четверть века спустя сбылся кошмар адмирала Джеллико, страшно боявшегося подобной атаки. Адмирал Джеллико боялся и не допустил подобного позора, адмирал Дадли Паунд не боялся ничего…

В общем, все катилось гладко и тихо до июня 1940 года, одни не слишком могли, вторые не слишком старались. Немцы пережили легкую встряску во время Норвежской кампании, так называемый «торпедный скандал», но достаточно быстро с ним справились. Но после капитуляции Франции все переменилось: немцы заполучили вожделенные базы на берегах Атлантики, избавившись от необходимости совершать долгий кружной путь вокруг Шотландии. Брест, Лориан, Ла-Рошель, Ла-Паллис были на 45 миль ближе к английским коммуникациям, и это сразу сказалось. Наступило первое счастливое время «Die Gluckliche Zeit», потери британского торгового флота поползли вверх, но пока еще оставались терпимыми. Помогло немцам и то, что британский флот потерял слишком много эсминцев во время Норвежской кампании и эвакуации из Дюнкерка. Именно поэтому в мае 1940 года Черчилль обратился к президенту США Рузвельту с просьбой предоставить 50 старых эсминцев в обмен на базы в Вест-Индии. Сделка состоялась, но не следует преувеличивать ее значение, потребовалось много времени, чтобы ввести в строй эти корабли.

Командующий германским подводным флотом адмирал Дёниц, надеясь нанести конвоям союзников максимальные потери, начал использовать так называемую Rudeltaktik – тактику волчьих стай. Немецкие лодки разворачивались в дозорную линию, перекрывая возможные пути следования конвоя, а затем первая из лодок, обнаружившая транспорты, наводила на него всю остальную группу. Начинались массированные атаки, которые в первое время действительно приводили к тяжелым потерям, особенно потому, что у союзников просто не хватало эскортных кораблей, а конвои были слишком многочисленными и громоздкими.

При этом Дёниц сразу сделал ставку на метод, который до сих пор нельзя оценить однозначно. Управление «волчьими стаями» велось с берега, из штаба подводных сил. Объем радиообмена увеличивался, что облегчало англичанам пеленгацию. Как ответная мера появилась аппаратура быстродействия, позволявшая отправлять радиограмму за считаные секунды, но при тогдашнем уровне развития электроники это было не слишком надежно. Пока эти недостатки не были заметны, так как слабость британских эскортных позволяла немцам действовать успешно. Пока еще «волчьи стаи» состояли не более чем из десятка лодок – больше Дёниц просто не имел, но и этого хватало. Например, 21 сентября 1941 года конвой НХ-72 из 42 транспортов был атакован группой из 4 субмарин и потерял 11 судов.

Но к марту 1941 года положение изменилось. Англичане были вынуждены изменить тактику, теперь они сформировали эскортные группы постоянного состава, что заметно повысило их эффективность. Наконец начали поступать в достаточном количестве новые корветы и американские «старички». Это принесло свои плоды. Весной 1941 года потери немецких лодок возросли, в марте Дёниц потерял трех своих лучших асов – Прина, Шепке и Кречмера.

Теперь уже Дёниц был вынужден менять тактику действий, лодки перешли к атакам в центральной части океана. В свою очередь, англичанам пришлось ввести сквозное эскортирование конвоев на всем протяжении перехода через Атлантику, хотя ранее они ограничивались сопровождением транспортов в прибрежных районах. А 9 мая произошло крайне неприятное для немцев событие – эсминец «Бульдог» захватил немецкую подводную лодку U-110 с исправной шифровальной машиной «Энигма». В результате англичане получили возможность читать радиограммы Дёница.

На просторах Атлантики начали разыгрываться настоящие сражения, недаром в английском языке появился термин «convoy battle» – конвойная битва, отсутствующий в советской военно-морской науке. Мы расскажем, как происходила одна из первых конвойных битв, ареной которых надолго стала Северная Атлантика, и больше не будем к этому обращаться, потому что происходившее достаточно типично для того периода войны.

30 августа 1941 года из Канады в Англию вышел конвой SC-42, который состоял из 67 транспортов, имеющих на борту около полумиллиона тонн груза. Конвой следовал 12 колоннами и занимал площадь целых 25 квадратных миль. Увы, его сопровождение было безнадежно слабым. 24-я эскортная группа под командованием капитан-лейтенанта Хиббарда состояла всего лишь из 4 канадских кораблей: эсминца «Скина» и корветов «Кеногами», «Олберни» и «Орилла». Конвой сначала пошел на север и уже у мыса Фаревелл, южной оконечности Гренландии, повернул на восток, чтобы пересечь Атлантику. Командование союзников надеялось, что немецкие лодки не заберутся так далеко на север, однако расчет оказался неверным. Адмирал Дё– ниц развернул к юго-западу от Исландии группу «Маркграф», состоящую из лодок U-38, U-43, U-81, U-82, U-84, U-85, U-105, U-202, U-207, U-432, U-433, U-501, U-569. По данным радиоперехвата с помощью дешифровальной системы «Ультра» союзники определили, где находятся немецкие лодки, и конвои ON-10, ON-11, SC-41, HX-146 и НХ-147 сумели обойти опасный район. Раздраженный безуспешными действиями группы, Дёниц приказал еще больше растянуть линию дозоров. И снова «Ультра» помогла конвоям ON-12, HX-148 и SC-43 избежать неприятной встречи. Однако SC-42 попал в шторм, потом натолкнулся на ледовый барьер и в результате 9 сентября 1941 года был обнаружен подводной лодкой U-85 обер-лейтенанта Грегера. Обрадованный Дёниц передал по радио приказ своим командирам: «Этот конвой не должен прорваться. Подводным лодкам преследовать, атаковать и потопить».

Итак, 9 сентября 1941 года, Северная Атлантика, район мыса Фаревелл, южной оконечности Гренландии.

Для начала следует сказать, что оторвавшийся от конвоя еще 5 сентября транспорт «Эмпайр Спрингбак» как раз 9 сентября был торпедирован и потоплен подводной лодкой U-81 капитан-лейтенанта Гугенбергера. Транспорт положился на свою скорость – 10 узлов – и попытался было проскочить в одиночку, что делать явно не следовало. Наверное, лучше было попытаться найти конвой. Как ни странно, однако лодка Грегера обнаружила конвой почти случайно. По какой-то причине она оказалась севернее назначенной ей позиции, и наблюдатели заметили на горизонте дымы множества судов. Как ни странно, в этот же самый момент сама U-85 была обнаружена британским патрульным самолетом, который с ревом спикировал на нее и едва не зацепил крылом рубку. Увы, на борту самолета не было бомб, а потому немцы отделались легким испугом. Грегер приказал срочно погружаться и всплыл, лишь когда воздух был чист.

Грегер бросился в погоню за конвоем, одновременно передав Дёницу сообщение о контакте. Прошло довольно много времени, но лодка все-таки нагнала конвой, и, к удивлению Грегера, он вдруг заметил стоящий без хода транспорт. Это был «Джедмур», который был вынужден остановиться из-за неполадок в машине. U-85 погрузилась и начала маневрировать, чтобы выйти в атаку. Но Грегер промахнулся по неподвижному судну! Все 4 торпеды, выпущенные из носовых аппаратов, прошли мимо. Судно сразу открыло огонь из своего 102-мм орудия, пытаясь отпугнуть лодку. Но Грегер развернулся и выпустил последнюю торпеду из кормового аппарата. И снова промах!

U-85 потребовались два часа, чтобы перезарядить аппараты, но, когда Грегер подвсплыл, чтобы повторить атаку, его уже ждали. «Скина» и «Орилла» вертелись вокруг «Джедмура», сбрасывая глубинные бомбы. С сожалением Грегер отказался от атаки. Однако теперь моряки конвоя знали, что обнаружены, и ждали нападения. Незадолго до захода солнца радисты «Скины» засекли работу радиостанций подводных лодок. Стало понятно, что главные события развернутся ночью.

Первой в атаку вышла U-432 капитан-лейтенанта Шульце, занявшая позицию по левому борту конвоя. В 21.30 она выпустила 4 торпеды, целясь по среднему судну крайней колонны – «Бретвальда». И опять немцев постигла неудача. Одна торпеда прошла впереди судна, другая позади, третья прямо под килем. На «Бретвальде» их заметили и выпустили цветные ракеты, чтобы предупредить товарищей, но было уже поздно. Четвертая торпеда Шульце нашла-таки цель – вспышка взрыва и столб воды известили, что транспорт «Мунерик» завершил свой поход через океан.

Корвет «Кеногами» бросился было на U-432, но потерял контакт раньше, чем успел сбросить глубинные бомбы. Зато канадский корвет заметил на поверхности другую лодку. Это была U-85. Он немедленно обстрелял ее из своего 102-мм орудия, однако Грегер немедленно отвернул в сторону и скрылся в темноте.

В этот момент командир эскортной группы получил сообщение, что ему на помощь из Исландии вышла 20-я эскортная группа, однако до ее прибытия оставалось двое суток. Конвой оказался в исключительно сложном положении. Ясная лунная ночь была достаточно светлой, чтобы лодка могла заметить транспорты, но увидеть низкий серый силуэт субмарины было очень сложно. Все преимущества были на стороне немцев.

В 22.15 головные суда пятой и шестой колонн заметили впереди на поверхности еще одну подводную лодку. Конвой совершил срочный поворот на 45° влево. U-81 капитан-лейтенанта Гугенбергера выпустила 4 торпеды и отвернула прочь под огнем транспортов. Гугенбергер заявил, что поразил 3 транспорта, хотя на самом деле и он не добился ни одного попадания. U-81 спешно отошла, чтобы перезарядить торпедные аппараты.

Тем временем вторую попытку совершила U-432. Шульце перезарядил торпедные аппараты и вышел в голову конвоя, однако его заметили и обстреляли. Конвой спешно повернул, однако это лишь помогло подводной лодке U-652 обер-лейтенанта Фраатца проникнуть внутрь строя. Он оказался между шестой и седьмой колоннами. Не сразу, но U-652 была замечена. Норвежский транспорт «Кнолл» обстрелял ее из пулемета, и промахнуться с дистанции 300 метров было просто нельзя. При этом немцам сильно повезло, так как артиллерийская команда транспорта «Вестланд» уже взяла лодку на прицел, однако ископаемое орудие, изготовленное в 1902 году, заклинило. На помощь транспортам бросился эсминец «Скина», и Фраатц, не желая больше рисковать, решил погрузиться. Но перед этим он выпустил в «Скину» две торпеды. В эсминец он не попал, зато досталось концевому судну четвертой колонны «Барон Пентланд». Вторая торпеда Фраатца попала в танкер «Тахи». Пока что оба судна держались на поверхности, однако пожар, вспыхнувший на танкере, привлек внимание немецких лодок.

Следующую атаку выполнила U-432. На этот раз капитан-лейтенант Шульце решил не мудрить и 10 сентября в 02.00 выпустил три торпеды из носовых аппаратов по среднему судну крайней колонны. Затем он резко развернулся и разрядил кормовой аппарат. Одна из торпед попала в машинное отделение норвежского транспорта «Старгард», который быстро затонул, хотя и был гружен лесом. И почти одновременно еще одна торпеда Шульце попала в голландский транспорт «Винтерсвийк». Он начал тонуть, и торпеда из кормового аппарата U-432 только ускорила его гибель. «Скина» и «Кеногами» бросились на помощь, и Шульце был вынужден искать укрытия внутри конвоя. При этом его обстрелял норвежский транспорт «Регин», но пулеметы не могли серьезно повредить лодку. Зато совершенно случайно эсминец с корветом отогнали U-81, уже собравшуюся было атаковать конвой.

Однако это была только отсрочка. Развив скорость 17 узлов, лодка Гугенбергера легко обогнала конвой и приготовилась атаковать правую колонну. В 02.30 он выпустил 4 торпеды и стал ждать результатов. Прошло положенное время, но никаких взрывов он не услышал. Взбешенный Гугенбергер приказал перезарядить аппараты и в 02.53 повторил атаку. На этот раз одна торпеда попала в трюм головного судна колонны «Салли Марск». Головной транспорт девятой колонны «Фистлеген» видел все это и открыл огонь из своего орудия. Гугенбергеру снова пришлось срочно погружаться.

В результате, когда он решил снова всплыть, справедливо полагая, что конвой ушел далеко вперед, то чуть было не оказался под тараном норвежского транспорта «Регин». Он задержался, чтобы подобрать команду потопленного «Старгарда». Неизвестно, кто был сильнее удивлен – немцы или норвежцы, однако бешеный пулеметный огонь вынудил Гугенбергера погрузиться. Корвет «Орилла», участвовавший в спасении команды «Старгарда», сбросил несколько глубинных бомб, хотя и безрезультатно.

Уже начало светать, и лодки временно прекратили атаки. За ночь погибли 4 транспорта, а если учесть потопленный ранее «Эмпайр Спрингбак», то и все 5. Еще 2 судна были повреждены. У «Барона Пентланда» взрывом отломило корму, но, так как транспорт был гружен лесом, оставалась надежда дотащить его до Исландии, если оттуда вышлют буксир. Танкер и его груз были слишком ценны, чтобы бросать их, тем более что «Тахи» сохранил ход. Поэтому корвет «Орилла» остался охранять его, и танкер медленно пополз далее. Немцы пока потерь не имели.

Уже после того как рассвело, конвой натолкнулся на поджидавшую его в подводном положении U-82 капитан-лейтенанта Ролльмана. В 04.57 лодка выпустила по головному судну левой колонны две торпеды, и одна из них попала в «Эмпайр Хадсон». В этот момент конвой прикрывал лишь эсминец «Скина», так как все три корвета оказались позади, подбирая спасшихся с потопленных судов. Эсминец подкараулил лодку, когда Ролльман начал всплывать для новой атаки и сбросил на нее несколько глубинных бомб. Если только в охранении конвоя было чуть больше кораблей, участь U-82 была бы решена. Но капитан-лейтенант Хиббард не мог бросить конвой совсем без защиты ради охоты за этой лодкой.

Примерно через три часа Ролльман подвсплыл и увидел дымы конвоя, шедшего вперед. Однако неподалеку оказались два судна, которые действовали как-то непонятно. Маленький корвет шел зигзагом впереди транспорта, на котором не было трубы. Ролльман решил, что ему подставляют судно-ловушку, и предпочел воздержаться от атаки, хотя это были поврежденный им же самим «Эмпайр Хадсон» и «Кеногами». Впрочем, это не спасло его от дальнейших неприятностей, так как около 11.00 U-82 была атакована вылетевшей из Исландии «Каталиной». Удача пока еще не оставила немцев, и хотя самолет сбросил глубинные бомбы достаточно точно, они не взорвались.

У коммодора конвоя контр-адмирала Мак-Кензи осталось 57 судов, которые он перестроил в 11 колонн. Сопровождение конвоя также сократилось, поскольку корвет «Орилла» остался с поврежденным танкером. Впрочем, на «Орилле» остались только 2 глубинные бомбы, поэтому проку от него все равно было бы немного.

Это не могло не сказаться, потому что, когда U-85 приблизилась к конвою и была замечена, эсминец «Скина» отогнал ее от левого фланга конвоя, но не сумел помешать атаковать правый. В 11.50 Грегер из подводного положения торпедировал судно вице-коммодора «Фистлеген». Вторая попытка U-85 атаковать конвой была сорвана бдительными наблюдателями транспорта «Гунвор Марск». На этот раз капитан-лейтенант Хиббард проявил больше настойчивости. Он привлек на помощь себе оба оставшихся корвета и с их помощью сбросил точно на лодку 10 глубинных бомб с разной установкой глубины. На поверхности появились многочисленные пузыри, потом нефтяные пятна. Корветы вернулись к конвою, а «Скина» еще некоторое время оставался на месте атаки. Однако контакт с лодкой восстановить не удалось, поэтому Хиббард решил, что потопил ее. На самом деле лодка получила тяжелые повреждения. Взрывами согнуло перископ, нарушило центровку валов, повредило воздушные клапаны. Поэтому у Грегера просто не оставалось иного выхода, как взять курс на базу.

Некоторое облегчение Хиббарду принесла радиограмма, в которой говорилось, что 2-я эскортная группа отозвана из охранения конвоя ON-13 и заправляется в Рейкьявике, имея приказ полным ходом идти на помощь атакованному конвою. Впрочем, помощь на самом деле была еще ближе. Два канадских корвета – «Шамбли» и «Мусджо» – проводили учения недалеко от Исландии и получили приказ также идти на помощь конвою, хотя и не успели встретиться с ним до наступления темноты.

После атаки U-85 немецкие лодки следили за конвоем, но не атаковали до наступления темноты. Лишь в 20.30 U-82 осторожно подобралась к конвою, и капитан-лейтенант Ролльман с небольшой дистанции выпустил по правой колонне 3 торпеды. Немцы с напряжением ждали взрывов, но их все не было. Когда Ролльман уже решил было, что опять промахнулся, через 4 минуты после залпа прогремел взрыв. Торпеда попала в танкер «Бьюлиссес», шедший в середине конвоя. В темное небо взлетел огромный столб пламени, осветивший все вокруг. Команда поспешно оставила танкер, который вскоре затонул.

В суматохе U-82 оказалась неподалеку от транспорта «Джипсум Куин», и артиллерийская команда транспорта приготовилась было обстрелять подводную лодку. Но здесь сказалась разница в выучке профессиональных военных и спешно мобилизованных моряков. Пока английские артиллеристы ковырялись у орудия, Ролльман спешно развернул лодку и выпустил торпеду из кормового аппарата. Промахнуться с дистанции 300 метров было невозможно, и торпеда попала в машинное отделение «Джипсум Куин». Уже через две минуты палуба транспорта ушла под воду. Ролльман решил сделать передышку и полным ходом умчался в ночь.

И вот в 21.30 два канадских корвета прямо «с марша» вступили в бой, атаковав подкрадывающуюся к конвою подводную лодку U-501 корветтен-капитана Фёрстера. «Шамбли» засек ее гидролокатором и сбросил глубинные бомбы. По неопытности минеры сбросили две бомбы разом, и взрыв оказался таким сильным, что корвет едва не выбросило из воды. Но пострадала и лодка, на которой были заклинены кормовые горизонтальные рули и разбито множество приборов. Через пару минут команда «Мусджо» не без удивления заметила возникшую на поверхности рубку подводной лодки. Затем лодка полностью всплыла и начала что-то передавать сигнальной лампой. Это окончательно сбило с толка командира корвета, который вдруг решил, что они атаковали свою же лодку. Но тут U-501 развернулась и дала полный ход. Лишь тогда команда «Мусджо» опомнилась, и корвет бросился в погоню, открыл огонь из носового 102-мм орудия. Неопытность сказалась и здесь, и это орудие заклинило после первого же выстрела. Однако командир корвета лейтенант Грабб приказал увеличить скорость и бросился на таран. Лодка внезапно остановилась, и Грабб чисто инстинктивно дал полный назад. Поэтому «Мусджо» нанес только скользящий удар по корме U-501. На какое-то мгновение корабли сцепились, и один из немцев совершенно неожиданно перепрыгнул на борт канадского корвета.

Затем корвет отошел на пару кабельтовых и открыл огонь из исправленного носового орудия. Первый снаряд взорвался в воде рядом с U-501, и немцы не выдержали. Они начали поспешно покидать лодку и прыгать в воду. Грабб решил выслать абордажную партию под командованием лейтенанта Симмонса. Симмонс решил попытаться спасти лодку, однако из этой попытки ничего не вышло. Лодка затонула, причем вместе с ней погиб один из моряков абордажной партии.

Следующую атаку провела подводная лодка U-433, которой командовал обер-лейтенант Эй. Он выбрал своей целью замыкающее судно второй колонны норвежский транспорт «Бестум», но обе выпущенные торпеды прошли мимо. Лодку заметили корабли охранения, она спешно погрузилась, но корвет «Кеногами» сбросил несколько глубинных бомб, повредивших лодку, хотя канадцы были уверены, что потопили ее. Любопытно отметить, что после этой нервотрепки капитан «Бестума» решил следовать дальше самостоятельно и оторвался от конвоя. Как ни странно, ему повезло добраться до Исландии.

После этого наступила очередь U-207 обер-лейтенанта Мейера. Это была совершенно новая лодка с малоопытным экипажем, однако мы уже отмечали разницу в подготовке подводников Кригсмарине и моряков торгового флота. В 00.15 Мейер дал залп, и одна из торпед поразила транспорт «Стоунпул» в машинное отделение. На сей раз не было никаких громких взрывов и эффектных вспышек, просто глухой удар и высокий столб воды. Но все равно попадание оказалось смертельным. «Стоунпул» начал крениться на правый борт и довольно быстро перевернулся.

Но Мейер не собирался останавливаться и почти немедленно дал второй залп. И на этот раз он не промахнулся. Второй жертвой U-207 стал транспорт «Берури», шедший за кормой «Стоунпула». Торпеда попала ему в носовой трюм, и транспорт сразу получил сильный крен. Вскоре стало понятно, что транспорт не спасти, и команда покинула его. Большую часть команды принял на борт подошедший корвет «Мусджо», а нескольких человек подобрал «Кеногами».

После потопления «Бьюлиссеса» капитан-лейтенант Ролльман увел U-82 в глубину, чтобы перезарядить носовые аппараты тремя последними торпедами. Сильная волна чувствовалась даже под водой, поэтому перезарядка аппаратов оказалась несколько более сложной, чем обычно. Когда он всплыл, то увидел большой транспорт, который дрейфовал без хода. Ролльман обрадовался неожиданному подарку и уже приготовился было атаковать транспорт, как вдруг появились три корвета, которые вынудили его воздержаться от атаки.

Однако не только военные корабли оказывали сопротивление лодкам. 11 сентября примерно в 02.00 транспорт «Регин» заметил на поверхности между второй и третьей колоннами подводную лодку U-202 и тут же обстрелял ее, хотя все его вооружение состояло из трех пулеметов пехотного калибра. Однако уже третья немецкая лодка была вынуждена спешно погрузиться, чтобы укрыться от развоевавшихся норвежцев, которые отважно пошли на таран. При максимальной скорости 7,5 узла шансов на успех у «Регина» не было, однако атаку капитан-лейтенанту Линдеру он сорвал.

К этому времени U-82 неугомонного Ролльмана заняла позицию слева по носу у конвоя. Так как автомат торпедной стрельбы на U-82 вышел из строя, Ролльман был вынужден пойти на определенный риск, чтобы атаковать. Ему следовало максимально сократить дистанцию, для чего Ролльман снизил скорость до минимума, чтобы носовой бурун его не выдал. Ему удалось подкрасться к конвою незамеченным, так как охранение в это время болталось в других местах. «Скина» и «Шамбли» прикрывали конвой спереди, а «Олберни», «Кеногами» и «Мусджо» где-то позади подбирали спасшихся с потопленных транспортов. Фланги конвоя остались без прикрытия, и Ролльман в качестве целей спокойно выбрал второе, третье и четвертое суда в левой колонне. Его торпеды попали в транспорты «Скания» и «Эмпайр Кроссбилл». Капитан-лейтенант Ролльман при атаках SC-42, конечно же, занял первое место, потопив 4 транспорта и повредив пятый.

U-82 израсходовала все торпеды и, по мнению Ролльмана, потопила транспорты общим водоизмещением около 30 000 тонн. Больше делать ему было нечего, он передал по радио командованию подводных сил и взял курс на юго-запад, направляясь в Бискайский залив. Однако у Дёница на сей счет имелось иное мнение. Как только была расшифрована радиограмма Ролльмана, в эфир полетел приказ: «Ни одна лодка не должна прекращать преследование конвоя только потому, что израсходовала торпеды. Она должна оставаться на позиции и продолжать преследование конвоя. Поддерживать контакт. Передавать информацию по радио. Взаимодействовать рядом с конвоем. В зависимости от ситуации делать все возможное, чтобы помочь другим лодкам сблизиться с конвоем».

А в 02.39, воспользовавшись тем, что корвет «Шамбли» снова ушел в голову конвоя, U-202 подобралась все с того же злосчастного левого фланга и торпедировала шведский транспорт «Гарм». Впрочем, другие источники относят потопление этого транспорта на счет U-432 капитан-лейтенанта Шульце.

Приказ адмирала Дёница доставил немало неприятных минут команде обер-лейтенанта Грегера. Хотя лодка была очень серьезно повреждена, она была вынуждена держаться неподалеку от конвоя. После рассвета ее заметили патрульные «Каталины» и загнали под воду, продержав там еще три часа и время от времени сбрасывая глубинные бомбы.

С рассветом подводные лодки временно оставили конвой в покое, оставив капитан-лейтенанта Хиббарда подсчитывать протори и убытки. Действительно, потери оказались очень тяжелыми. Конвой потерял 19 судов, то есть треть своего состава. Хиббард сделал все, что только мог, однако у него было слишком мало сил. К тому же он ничего не знал о судьбе корвета «Орилла», оставшегося с поврежденным танкером. Имелись очень серьезные основания предполагать, что и эти два корабля стали жертвами подводных лодок. Памятуя о вчерашних атаках в начале дня, Хиббард ожидал самого худшего, тем более что он твердо знал – вокруг конвоя по-прежнему рыщет множество германских подводных лодок. Но тут вмешалась погода и решила дать ему небольшую передышку. Совершенно неожиданно опустился туман и укрыл конвой.

В это время U-202, которая пыталась восстановить контакт с конвоем, неожиданно натолкнулась на брошенный командой транспорт «Скания». Он был гружен лесом, а такие суда довольно часто тонут очень неохотно. Вот и «Скания», несмотря на попадание торпеды с U-82, все еще держалась на поверхности. Линдер всадил в него 2 торпеды, и транспорт пошел на дно.

К 09.30 туман разошелся, но за это время «Мусджо» успел догнать конвой, а буквально следом за ним шли еще 3 корвета и 2 вооруженных траулера, прибывшие из Исландии. Через два часа появились и корабли 2-й эскортной группы – еще 5 эсминцев. Теперь конвой имел очень солидное охранение: 6 эсминцев, 7 корветов и 2 траулера. Командование принял на себя командир 2-й эскортной группы капитан 2 ранга Бэнкс, находившийся на эсминце «Дуглас».

В это время совсем недалеко от конвоя, на свое несчастье, оказался панамский транспорт «Монтана». Официально он мог считаться нейтральным, если бы не груз военной контрабанды на борту. Он предназначался американским морским пехотинцам в Исландии. Впрочем, у командира U-105 капитан-лейтенанта Шеве не было ни времени, ни возможности разбираться во всех этих тонкостях. Этот поход выдался для Шеве неудачным, он провел в море два месяца, но так и не потопил ни одного судна. Поэтому Шеве страшно обрадовался, когда увидел одиночный транспорт без эскорта. На всякий случай он погрузился на перископную глубину и выпустил одну торпеду, завершившую поход «Монтаны». Этот инцидент стал еще одним звеном в цепи, которая в конце концов привела к вступлению США во Вторую мировую войну.

Усиление эскорта немцы ощутили практически сразу. U-207 после потопления «Гарма», как и все остальные лодки, постаралась обогнать конвой и сейчас находилась в позиционном положении примерно в 15 милях впереди конвоя. Над водой виднелась только ее рубка, но и этого оказалось достаточно для патрульного «Хадсона». Самолет бросился на лодку, и Мейер поспешно погрузился, хотя делать это было не обязательно – на самолете не имелось глубинных бомб. Однако свое дело он сделал, сообщив командиру эскорта об этом контакте. Сил у капитана 2 ранга Бэнкса было достаточно, и он отправил для проверки сообщения эсминцы «Ветеран» и «Лимингтон».

Оба корабля немедленно повернули в указанную точку и в 15.15 заметили U-207. Мейер тоже увидел эсминцы и немедленно пошел на погружение. Но теперь ему повезло гораздо меньше, чем в случае с самолетом. Эсминцы только что вышли из порта, и на них имелся полный комплект глубинных бомб. К тому же это были ветераны Битвы за Атлантику, привыкшие к совместной работе. Как обычно, один корабль поддерживал гидроакустический контакт, а второй выполнял заход, сбрасывая бомбы. Последнюю атаку выполнил «Лимингтон», после чего гидроакустики слышали шумы, идентифицированные как попытка продуть балластные цистерны. Было ясно, что с лодкой что-то не в порядке.

«Лимингтон» сообщил об этом командиру, и тот прислал на помощь еще два эсминца. Эта четверка продолжала поиск до 19.30, хотя последний ненадежный контакт имел «Ветеран» в 17.02. Ни обломков, ни масляного пятна на поверхности не появилось, но командиры эсминцев были уверены, что уничтожили еще одну подводную лодку. В отличие от предыдущих атак лодок в подводном положении, эта действительно оказалась результативной. U-207 больше на связь не выходила.

Однако немцы не оставили мысли нанести еще один удар конвою. На помощь группе «Маркграф» прибыли подводные лодки: U-552 под командованием знаменитого Эриха Топпа, U-373, U-572 и U-573. Впрочем, новые подкрепления получило и охранение конвоя – прибыли еще 3 эсминца, что позволило капитану 2 ранга Бэнксу отправить «Скину», на котором начала ощущаться нехватка топлива, на дозаправку в Рейкьявик.

Тем временем поврежденный танкер «Тахи» своим ходом, но с помощью буксировавшего его корвета «Орилла», добрался до Рейкьявика. После попадания торпеды поврежденное судно сумело пройти 592 мили и даже сохранило свой драгоценный груз.

Интересно отметить весьма своеобразную трактовку американцами понятия «нейтралитет». 13 сентября американские эсминцы «Чарльз Ф. Хьюз», «Рассел» и «Симс» фактически вступили в охранение конвоя. Они развернулись в линии в 10 милях к югу от конвоя и находились в состоянии полной боевой готовности. Нет никаких сомнений, что в случае встречи с немецкой подводной лодкой их командиры, не размышляя ни секунды, атаковали бы ее. Впрочем, они сопровождали конвой не слишком долго и вскоре ушли на запад.

Ночью немцы попытались атаковать конвой, хотя довольно вяло. Лишь U-43 и U-84 выпустили торпеды, но безрезультатно. За эти неудачи отчасти расквиталась подводная лодка U-98 капитан-лейтенанта Роберта Гюзе. Утром 16 сентября она в надводном положении в полосе тумана случайно налетела на эсминец «Сен-Круа» и корвет «Мусджо». Лишь умение командира и большая доля везения помогли U-98 уйти невредимой. Зато после наступления темноты лодка сумела проникнуть внутрь кольца охранения и выпустить 4 торпеды по судам третьей колонны. Старания Гюзе были вознаграждены, и в 21.15 на лодке услышали глухой взрыв. Торпеда попала в трюм № 1 транспорта «Джедмур». Он сразу получил дифферент на нос, и тут железная руда, которую он вез, начала сыпаться вперед. Под ее напором стальные переборки лопались, как бумажные, и вскоре «Джедмур» исчез под водой. Но, в отличие от U-98, обратно на поверхность он уже не поднялся.

Последней жертвой стал транспорт «Барон Пентланд». Как мы помним, он был атакован U-652 и взрывом торпеды ему отломило корму. Однако корабль продержался на плаву до 19 сентября (!), когда его случайно обнаружила и добила подводная лодка U-372.

17 сентября конвой прибыл в Англию. Долгое путешествие и тяжелая битва завершились. Группа «Маркграф» одержала победу. Потеряв 2 лодки, она потопила 17 транспортов общим водоизмещением 71 792 тонны и отправила на дно океана более 100 000 тонн важных грузов.

Но постепенно успехи подводных лодок начали снижаться. Все большее значение начали приобретать действия авиации. Если самолет и не топил подводную лодку, он загонял ее под воду, после чего она превращалась в очень тихоходный корабль.

Однако в декабре 1941 года произошел еще один драматический поворот в ходе подводной войны. После того как 7 декабря 1941 года японцы нанесли удар по Пёрл-Харбору, Гитлер в порядке солидарности со своим союзником 10 декабря объявил войну Соединенным Штатам. Дёниц тут же направил свои подводные лодки к американским берегам, рассчитывая на неготовность США, и оказался совершенно прав. Началось второе счастливое время германских подводников, которые безнаказанно действовали против одиночных торговых судов у Восточного побережья США и в Карибском море. Воспоминания пестрят красочными описаниями гибели судов в прямой видимости берега, где прибрежные города по-прежнему сверкали ночными огнями. Обычно это выставляют как доказательство нежелания американцев поступиться привычными удобствами, даже если это будет грозить гибелью соотечественникам. Отчасти так оно и было, но вряд ли все знают, что одним из главных противников введения затемнения оказался главнокомандующий американского флота адмирал Эрнест Кинг.

Как раз в это время у немцев появились подводные танкеры XIV серии, которые позволили лодкам значительно больше времени проводить у берегов Америки. Приходится еще раз напомнить, что основой подводного флота Германии оставалась средняя лодка VII серии, никак не рассчитанная на трансатлантические вояжи. Американцы понесли колоссальные потери, и адмирал Кинг, люто ненавидевший англичан, все-таки был вынужден воспользоваться английским опытом и ввести систему конвоев у побережья США. Это немедленно привело к сокращению потерь, и Дёниц снова перевел свои лодки в центральную часть Атлантики.

В июле 1942 года начинается очередная фаза Битвы за Атлантику. В распоряжении Дёница появляется все больше подводных лодок, и размеры волчьих стай растут, но увеличивается и количество эскортных кораблей. Конвойные битвы становятся все более ожесточенными. Это позволяет союзникам начать формирование групп поддержки, которые могут быть направлены на помощь любому конвою, подвергшемуся атаке. Пока еще авиация союзников не может перекрыть всю ширину океана, между Исландией и Гренландией остается «черная дыра», где лодки могут чувствовать себя относительно спокойно. Но в составе союзных флотов уже появляются эскортные авианосцы, которые обеспечивают конвою воздушное прикрытие в любом месте океана.

Апогеем Битвы за Атлантику стали события марта – мая 1943 года. Дёниц бросил в Северную Атлантику такое количество подводных лодок, что ни один конвой не мог пройти необнаруженным и неатакованным. В результате в самый короткий срок в марте были разгромлены конвои UGS-6, HX-228, SC-122 и НХ-229. Но вот вывод, будто атлантические коммуникации союзников оказались под угрозой, выглядит несколько поспешным. Это была не более чем тактическая неудача, от которой не застрахован ни один флот в мире. Тем более что уже в апреле в обмен на 39 транспортов союзники потопили 15 подводных лодок. Такое соотношение потерь для немцев было совершенно неприемлемым, в борьбе на истощение Германия была обречена. А тут еще начала давать свои плоды масштабная программа строительства торговых судов, развернутая Соединенными Штатами. Она не только позволила восполнить понесенные потери, постепенно тоннаж торговых флотов союзников начал расти. Поворотным пунктом в Битве за Атлантику считается переход конвоя ONS-5, состоявшего из 43 судов и 16 кораблей эскорта. Он был атакован группой из 30 подводных лодок, в ходе затяжного сражения им удалось потопить 13 транспортов, но были уничтожены и 6 подводных лодок. Вообще май 1943 года стал черным месяцем для подводного флота Германии, потерявшего 43 лодки.

В результате Дёниц был вынужден направить свои субмарины в отдаленные районы, где ПЛО была не такой сильной. Для оправдания таких действий он выдвинул «теорию тоннажа», согласно которой корабль, потопленный в любой точке Мирового океана, все равно будет вычеркнут из списков, и это станет ударом для союзников. Одновременно начались лихорадочные попытки как-то осовременить откровенно устаревшие лодки. На них начали устанавливать шноркель, позволявший использовать дизеля под водой, усилилось зенитное вооружение, появились новые модели торпед – маневрирующие и акустические. Но ведь и союзники не стояли на месте. На вооружении их кораблей появились реактивные бомбометы и самонаводящиеся торпеды. С весны 1943 года началось настоящее воздушное наступление в Бискайском заливе на основном маршруте выхода немецких субмарин в Атлантику. Попытка Дёница противодействовать этому, превратив несколько лодок в «зенитные», провалилась. Авиация становилась решающей силой.

Поэтому, когда в сентябре 1943 года немецкие лодки снова вышли в Северную Атлантику, кроме пары случайных успехов, они ничего не добились, а вот потери росли быстро. Подводная лодка превратилась в одноразовое оружие, теперь не получалось даже разменивать одну лодку на один транспорт. А когда в июне 1944 года союзники высадились во Франции, началась агония. Дёниц был вынужден снова бросить лодки в английские прибрежные воды, но это ничего не дало. К тому же союзники начали массированные бомбардировки французских портов, причем в ход пошли 5-тонные бомбы «Толлбой», сокрушавшие любое убежище.

Немцам оставалось надеяться только на появление «вундерваффе», Дёниц на эту роль назначал так называемые «электролодки» XXI и XXIII серий. Действительно, они обладали большой подводной скоростью, но ведь эскортные корабли все равно были быстроходнее! Про самолет, который к этому времени стал главным врагом подводной лодки, мы уже не говорим. А ведь где-то с 1943 года авиация топила больше подводных лодок, чем корабли. Во всяком случае, статистика такова: на 153 лодки, потопленные кораблями, приходится 177 лодок, потопленных береговой авиацией. Здесь имеется еще один аспект, который германофилы предпочитают не замечать принципиально. Бумажные характеристики этих лодок выглядели просто потрясающе, но между бумагой и морем существует дистанция огромного размера. Позволим себе процитировать документ, совершенно не относящийся к морским делам, а именно результаты обстрела «Королевского тигра» на полигоне НИИБТ. Какие же выводы сделали советские танкисты? «Качество брони резко ухудшилось. В броне при первых попаданиях образуются трещины и отколы. От группы снарядных попаданий образуются проломы… Для всех узлов корпуса и башни танка характерным является слабость сварных швов». Объяснение было предельно простым – к лету 1944 года германская промышленность испытывала острую нехватку легирующих присадок, и качество броневой стали резко упало. А из чего делается прочный корпус подводной лодки? Правильно, из легированной высокопрочной стали. Так какие мы имеем основания полагать, что качество корпусов лодок XXI серии было выше, чем качество корпусов «Королевских тигров»? Никаких! Поэтому можно вполне обоснованно заподозрить, что заявленная глубина погружения не вполне соответствует фактической и взрывы глубинных бомб эти лодки будут переносить не совсем так, как ожидали конструкторы.

К этому времени на вооружении британских кораблей появился реактивный бомбомет «Сквид», который имел эффективность действия 34 %! Считается, что новые британские фрегаты, вооруженные этим бомбометом, потопили 17 лодок в 50 атаках. Конечно, очень легко обвинить британских историков в пристрастности, но ведь фактом остается то, что этот бомбомет оставался на вооружении флотов НАТО еще 30 лет, а плохое оружие столько времени держать не станут. Во всяком случае, последний «Сквид» был снят с британского фрегата «Солсбери» в 1977 году.

В общем, можно сделать такой вывод. Хотя за Вторую мировую войну немецкие лодки и потопили вдвое больше торговых судов, чем за Первую мировую, всерьез британской экономике они не угрожали, как это произошло в первой половине 1917 года.

А чего добились подводные флоты других стран? Наиболее эффективно действовали американцы, хотя им пришлось преодолевать свой собственный торпедный кризис. Но ничего, справились. По сути, это было единственным серьезным испытанием для американских подводников. Японская ПЛО ни количественно, ни качественно даже отдаленно не напоминала ПЛО союзников в Атлантике, поэтому следует удивляться не тому, что подводные лодки истребили три четверти японского торгового флота, а тому, что они не уничтожили его подчистую. Следует напомнить, что американские лодки во второй половине войны также перешли к тактике волчьих стай, но в американские стаи входило не более 5 лодок. Этому были две причины: откровенная слабость эскортных сил и относительно небольшие размеры японских конвоев. Кроме того, жертвами американских подводных лодок стало довольно много японских военных кораблей: 1 линкор, 8 авианосцев, большое число крейсеров и эсминцев. Дошло до того, что в 1944 году перед высадкой на Марианских островах адмирал Локвуд объявил сезон охоты на японские эсминцы, а ведь в Атлантике эсминец считался самым опасным врагом подводной лодки.

Русские, англичане, итальянцы, японцы… Ну, они тоже сражались и добились определенных успехов, но, разумеется, эталоном подводной войны считается Битва за Атлантику.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2612
www.rumarine.ru ©История русского флота
При копировании материалов активная ссылка на www.rumarine.ru обязательна!
Rambler's Top100